1.
Сложи три туманные слова,
пичугой обернись
и в небо нырни. И снова
камнем рухни вниз.
Разбейся на атомы. Горстью
теперь тебя не собрать.
Пусть кости кидают гости,
игре ты будешь рад.
2.
К утру разъедутся гости,
станет очень тихо.
Волшебник возьмётся за острый
нож и зарежет Лихо.
Оно не вскрикнет, не вздрогнет;
исчезнет, оставив только
пригоршню чёрной дроби -
крови своей осколки.
Волшебник сожжёт одеяло,
простыню и подушку,
будто и не бывало...
Ну что ж, так намного лучше.
понедельник, 21 февраля 2011 г.
четверг, 17 февраля 2011 г.
Из цикла о Чебурекове
3.
Я не рождён, наверное, для света,
но и для тьмы, конечно, не рождён.
Я, Чебуреков, - серая планета,
почти несуществующий фантом.
Глаза открою - что-нибудь увижу,
потом закрою - думаю, молчу.
Я всё вокруг немного ненавижу
и всё люблю, но как люблю? Чуть-чуть.
И если кто-то в меня бросит камень,
он пролетит, не причинив вреда, -
ведь то, что в мир корнями не врастает,
не оставляет на земле следа.
Оно висит, ненужное, пустое,
каприз природы, чудо в решете.
И пусть оно чего-то да и стоит,
но продавцы и покупатели не те.
Я не рождён, наверное, для света,
но и для тьмы, конечно, не рождён.
Я, Чебуреков, - серая планета,
почти несуществующий фантом.
Глаза открою - что-нибудь увижу,
потом закрою - думаю, молчу.
Я всё вокруг немного ненавижу
и всё люблю, но как люблю? Чуть-чуть.
И если кто-то в меня бросит камень,
он пролетит, не причинив вреда, -
ведь то, что в мир корнями не врастает,
не оставляет на земле следа.
Оно висит, ненужное, пустое,
каприз природы, чудо в решете.
И пусть оно чего-то да и стоит,
но продавцы и покупатели не те.
вторник, 15 февраля 2011 г.
Из цикла о Чебурекове
1.
Зима приходит каждый год,
подумал Чебуреков хмуро.
И что её сюда несёт?
Какая странная фигура -
зима. Нарядится меха,
а за душой скребутся кошки.
Она прекрасна и смешна,
как неразгаданная пошлость.
Броди и вой, стучи в окно,
заглядывай в глаза прохожим.
Я повернусь к тебе спиной.
Ты тоже. Договор расторжен.
Зима приходит каждый год,
подумал Чебуреков хмуро.
И что её сюда несёт?
Какая странная фигура -
зима. Нарядится меха,
а за душой скребутся кошки.
Она прекрасна и смешна,
как неразгаданная пошлость.
Броди и вой, стучи в окно,
заглядывай в глаза прохожим.
Я повернусь к тебе спиной.
Ты тоже. Договор расторжен.
понедельник, 14 февраля 2011 г.
Страх перед оборотнем
В "Исследовании ужаса" обэриут Леонид Липавский пишет:
"В основе ужаса лежит омерзение. Омерзение же не вызнано ничем практически важным, оно эстетическое. Таким образом, всякий ужас - эстетический, и, по сути, он всегда один: ужас перед тем, что индивидуальный ритм всегда фальшив, ибо он только на поверхности, а под ним, заглушая и сминая его, безличная стихийная жизнь. Это подобно тому, как если бы мы разговаривали с нежно любимым другом, вспоминали то, что нам ближе и важнее всего, и вдруг сквозь черты его лица выступило бы другое, чуждое, по-обезьяньи свирепое и хитрое лицо идиота. Мы обманулись: он не тот, за кого мы его принимали. С этим невозможно столковаться просто потому, что он даже не понимает слов, он весь устроен не по-нашему.
Он не тот, а оборотень.
И всякий страх есть страх перед оборотнем".
"В основе ужаса лежит омерзение. Омерзение же не вызнано ничем практически важным, оно эстетическое. Таким образом, всякий ужас - эстетический, и, по сути, он всегда один: ужас перед тем, что индивидуальный ритм всегда фальшив, ибо он только на поверхности, а под ним, заглушая и сминая его, безличная стихийная жизнь. Это подобно тому, как если бы мы разговаривали с нежно любимым другом, вспоминали то, что нам ближе и важнее всего, и вдруг сквозь черты его лица выступило бы другое, чуждое, по-обезьяньи свирепое и хитрое лицо идиота. Мы обманулись: он не тот, за кого мы его принимали. С этим невозможно столковаться просто потому, что он даже не понимает слов, он весь устроен не по-нашему.
Он не тот, а оборотень.
И всякий страх есть страх перед оборотнем".
Люди разные, люди чужие...
Люди разные, люди чужие.
Не отыщешься ни за что.
Распороли, украли, зашили -
и бедуй, и молчи с пустотой.
Очень трудно на свете без слова,
без дыхания, права понять.
Каждый держит тебя за чужого,
каждый держит тебя - за себя.
Не отыщешься ни за что.
Распороли, украли, зашили -
и бедуй, и молчи с пустотой.
Очень трудно на свете без слова,
без дыхания, права понять.
Каждый держит тебя за чужого,
каждый держит тебя - за себя.
четверг, 10 февраля 2011 г.
Козлиная песня
Сумерек серость. За пазухой зеркало.
Встречному сунешь под нос,
а там - как на сковородке вертится
пёс, поджавший хвост.
Так без конца... Но загорелась лампа,
выхватила из темноты,
и кто-то сказал: "Дружище, а сам ты
не скот ли? Ведь все остальные - скоты".
Пригляделся. Копыта. Рога. Щетина.
Бездонный безумный взгляд.
И полегчало. Под сенью пиний
тебе бы, козёл, попеть и погулять.
Встречному сунешь под нос,
а там - как на сковородке вертится
пёс, поджавший хвост.
Так без конца... Но загорелась лампа,
выхватила из темноты,
и кто-то сказал: "Дружище, а сам ты
не скот ли? Ведь все остальные - скоты".
Пригляделся. Копыта. Рога. Щетина.
Бездонный безумный взгляд.
И полегчало. Под сенью пиний
тебе бы, козёл, попеть и погулять.
понедельник, 7 февраля 2011 г.
Актёры
В обеденный перерыв обсуждали с приятелем последние киноновинки, и разговор сам собой перешёл на личности: кому какой актёр больше нравится. Стали всплывать фамилии. Депп, Ди Каприо, Пачино... Многих вспомнили и поразились - это ведь всё совсем не дети. Тот же Депп сильно повзрослел со времён "Что гложет Гилберта Грейпа" (как и Ди Каприо, который в том же фильме играл подростка - какой контраст с побитым жизнью мужчиной из "Начала").
И получается, что львиная доля талантливых или хотя бы запоминающихся актёров - либо среднего возраста, за тридцать (Депп, Бэйл, Нортон), либо ещё старше (Де Ниро, Николсон, Хопкинс и иже с ними). А из молодёжи, при всём желании, получается наскрести лишь пару-тройку имён - если по гамбургскому счёту, отбросив явно надуманных подростковых кумиров вроде Пэттинсона или Рэдклиффа. Был Леджер, да и тот умер. Есть Гордон-Левитт, Джилленхал, Айзенберг - кто ещё?
Или оскудела земля талантами? Или не нужны они никому?
И получается, что львиная доля талантливых или хотя бы запоминающихся актёров - либо среднего возраста, за тридцать (Депп, Бэйл, Нортон), либо ещё старше (Де Ниро, Николсон, Хопкинс и иже с ними). А из молодёжи, при всём желании, получается наскрести лишь пару-тройку имён - если по гамбургскому счёту, отбросив явно надуманных подростковых кумиров вроде Пэттинсона или Рэдклиффа. Был Леджер, да и тот умер. Есть Гордон-Левитт, Джилленхал, Айзенберг - кто ещё?
Или оскудела земля талантами? Или не нужны они никому?
Красота
Это трудный и интересный вопрос - красота.
Может, это гармония, выплывающая из хаоса на миг и снова исчезающая в нём. Художники пытаются схватить её и удержать, но в жизни нет такого постоянства.
Может быть, симпатия помогает в этом: я сохраняю чужие моменты красоты, пропуская моменты некрасивости, и чужое становится красивым без вопросов. А насимпатичные люди делаются некрасивыми - в них забываешь красоту и помнишь непривлекательные моменты...
Может, это гармония, выплывающая из хаоса на миг и снова исчезающая в нём. Художники пытаются схватить её и удержать, но в жизни нет такого постоянства.
Может быть, симпатия помогает в этом: я сохраняю чужие моменты красоты, пропуская моменты некрасивости, и чужое становится красивым без вопросов. А насимпатичные люди делаются некрасивыми - в них забываешь красоту и помнишь непривлекательные моменты...
Подписаться на:
Сообщения (Atom)